Земля Ханаана. Не знаю и не понимаю.

Исследования Священного Писания

«И прошел о Нем слух по всей Сирии; и приводили к Нему всех немощных, одержимых различными болезнями и припадками, и бесноватых, и лунатиков, и расслабленных, и Он исцелял их» Мф 4, 24].

«Сирия — ...Сирiя (или Арамея), земля между Средиземным морем и Евфратом, от Египта до Аравийской пустыни (Быт 35, 9; 48, 7)» [36] (с. 601).

То есть страна Арама, младшего сына Сима, где господствующим был язык человечества, проигнорировавшего Вавилонскую затею Немрода — родоначальника немых. То есть людей, теперь не имеющих возможности разговаривать на некогда общем для всех языке.

«Тогда начал Он укорять города, в которых наиболее явлено было сил Его, за то, что они не покаялись:

горе тебе Хоразин! горе тебе, Вифсиада! ибо если бы в Тире и Сидоне явлены были силы, явленные в вас, то давно бы они во вретище и пепле покаялись,

но говорю вам: Тиру и Сидону отраднее будет в день суда, нежели вам.

И ты, Капернаум, до неба вознесшийся, до ада низвергнешься, ибо если бы в Содоме явлены были силы, явленные в тебе, то он оставался бы до сего дня;

но говорю вам, что земле Содомской отраднее будет в день суда, нежели тебе» [Мф 11, 20–24].

И в этом обличении столь непослушных сыновей во Отечестве Иисус Христос явственно сообщает Свое отношение к племени содомлян, к которому принадлежат жители Тира и Сидона, в чьих окрестностях довелось Ему беседовать с представительницей этого народа:

«И, выйдя оттуда, Иисус удалился в страны Тирские и Сидонские.

И вот, женщина Хананеянка, выйдя из тех мест, кричала Ему: помилуй меня, Господи, сын Давидов, дочь моя жестоко беснуется.

Но Он не отвечал ей ни слова. И ученики Его, приступив, просили Его: отпусти ее, потому что кричит за нами.

Он же сказал в ответ: Я послан только к погибшим овцам дома Израилева.

А она, подойдя, кланялась Ему и говорила: Господи! помоги мне.

Он же сказал в ответ: нехорошо взять хлеб у детей и бросить псам.

Она сказала: так, Господи! но и псы едят крохи, которые падают со стола господ их» [Мф 15, 22–27].

Так кого в сей мир Богом Отцом был послан спасать Иисус Христос? Кого Он называет детьми?

Израильтян — людей, судя по расшифровке этого древнего топонима на наш язык, являющийся первоязыком планеты, вышедших некогда из рая — семя Авраамово. Потому все славянское население Сирии (Сеvерии — северной части той в древности заселенной людьми земли), распростершей свои территории от Аравийской пустыни до Египта, сходилось к Нему. И никому Он не отказывал в изгнании бесов.

Кто же уподоблен псам?

Хананеи — проклятое племя, определенное в вечные рабы к детям Сима. То есть к тем же израильтянам — потомкам Авраама.

Эти уточнения поясняют: почему Иисус Христос столь явно показал нежелание, забросив работу над исправлением народа Своего, врачевать народ проклятый. Тот погрязший в сатанизме и язычестве народ, которому никакая помощь пользы все равно не принесет, и который не только живет с бесами, ежедневно взывая к ним своими косноязычными заклинаниями, но и сам является частью именно их мира, являясь продуктом мутации Вавилонского Столпотворения.

***

И слишком явная разница между народами проклятыми и благословенными в Священном Писании, несмотря на все ухищрения многочисленной когорты «переводчиков» якобы с их «библейского» наречия на нашу сиволапую народную речь, прослеживается слишком очевидно, чтобы мимо нее как-либо можно было в наших исследованиях пройти. Вот, например, как обличали рабы апостола Петра в принадлежности к народу галилеян-назареев:

«...точно и ты из них, ибо и речь твоя обличает тебя» [Мф 27, 73].

«...пришла одна из служанок первосвященника и, увидев Петра греющегося и всмотревшись в него, сказала: и ты был с Иисусом Назарянином. Но он отрекся, сказав: не знаю и не понимаю, что ты говоришь... Спустя немного, стоявшие тут снова стали говорить Петру: точно ты из них; ибо ты Галилеянин и наречие твое сходно» [Мк 14, 66–70].

И это чью же речь столь явно не пожелал понимать Петр?

Речь служанки. Что, очевидно, неспроста. Ведь племя плебеев от господ отличалось весьма существенно: оно имело не только слишком ограниченное количество звуков в своем разговорном наречии, но и черный цвет кожи, присущий расе в те времена общепризнанных рабов. Косноязычие же туземного населения Ханаана давало возможность прикинуться не понимающим его. Чем Петр и попытался воспользоваться. Но его слишком явственное внешнее отличие от схвативших Иисуса Христа первосвященнических рабов подметили уже и многие иные стоявшие здесь черные рабы. Ведь даже чисто внешне в нем ими был признан не просто иной с ними расы человек, но житель местности, имеющей исключительно белое население. Но и язык Петра, принадлежащий народу господину, отличался от языка рабов ничуть не менее:

«...точно и этот был с Ним, ибо он Галилеянин. Но Петр сказал тому человеку: не знаю, что ты говоришь» [Лк 22, 59–60].

«Петр опять отрекся; и тотчас запел петух» [Ин 18, 27].

То есть: и обличие, и язык у племени Христа и у племени схвативших Его рабов первосвященника настолько рознятся, что даже в темноте, при свете лишь костра, это не может не бросаться в глаза. И слетевшую с уст Петра фразу: «...не знаю и не понимаю, что говоришь», — произнес, судя по всему, не просто человек с явно выраженной разговорной речью, иной наречию рабов первосвященника. Здесь чувствуется явная принадлежность Петра к нации господ, даже в подобной ситуации чувствующей свое неоспоримое превосходство перед жалкими рабами.

Между тем и момент взятия под стражу Иисуса Христа также подтверждает нами рассматриваемую деталь национальной принадлежности взявшей на себя Его кровь народности. Ведь именно рабу в ту памятную ночь отрубил ухо защищавший с оружием в руках Иисуса Христа Петр:

«...ударил раба первосвященника, и отсек ему правое ухо» [Лк 22, 50].

«Симон же Петр, имея меч, извлек его, и ударил первосвященнического раба, и отсек ему правое ухо. Имя рабу было Малх» [Ин 18, 10].

«Тогда подошли и возложили руки на Иисуса, и взяли Его. И вот, один из бывших с Иисусом, простерши руку, извлек меч свой и, ударив раба первосвященникова, отсек ему ухо» [Мф 26, 50, 51].

Так что исключительно лишь руками рабов был схвачен Тот, Которого истинные израильтяне могли отказаться взять под стражу. Ведь неблагонадежность белокожих жителей Иерусалима, по отношению к замышлявшим казнь Иисуса Христа первосвященникам, в тот момент была слишком очевидна: лишь они одни могли устилать дорогу входящему в Иерусалим Иисусу Христу снятыми с себя одеждами и пальмовыми ветвями. И именно они приветствовали Его словами:

«...благословенно грядущее во имя Господа царство отца нашего Давида! осанна в вышних!» [Мк 11, 10].

А своим отцом считать Израильского Царя Давида мог только тот народ, который представлял собой его кровных родственников! Это народ, принадлежащий к Израилевому колену Иуды. Вечные же рабы, ставшие после вавилонского столпотворения не только чернокожими, но и косноязычными, никогда бы, по тем временам, не посмели, среди бела дня, косноязычно провозгласить Царя своих господ отцом своим собственным: ведь их настоящий отец — отец лжи. Так что приветствие сыну Давида, «Осанна в вышних!», могло принадлежать лишь народу-господину. Потому и доверять им арест Христа, со стороны синедриона, было бы, по меньшей мере, неразумно.

Черные же Хананеи, заклейменные проклятьем и отданные детям Сима в вечное услужение, были куда как более пригодны для данной цели. И рабы, пришедшие взять Христа спящим, нежданно застав Его бодрствующим, тут же рухнули пред Ним на колени — здесь сказалось их полное раболепство перед расой господ. Этим поступком обнаруживается вопиющее ничтожество рабов перед народом-господином. Ведь повели им еще вчера с величайшим фурором вошедший в город представитель расы господ схватить приведших их сюда первосвященников, они, не моргнув глазом, схватили бы уже теперь и их! В том существо этой подлых кровей рабской натуры:

«Иисус же, зная все, что с Ним будет, вышел и сказал им: кого ищете? Ему отвечали: Иисуса Назорея. Иисус говорит им: это Я... И когда сказал им: это Я, они отступили назад и пали на землю» [Ин 18, 4–6].

И именно они же затем охраняли Иисуса Христа во дворе первосвященника. Именно их афроазийский косноязычный картавый говор столь упорно не желал понимать апостол Петр.

«Один из рабов первосвященнических, родственник тому, которому Петр отсек ухо, говорит: не я ли видел тебя с Ним в саду?» [Ин 18, 26].

Так что и рабы, и служанки — все присутствовали: как при взятии Христа под стражу, так и при несении службы по охране Его во дворе первосвященника.

Мало того, именно они издевались над Ним:

«...ЕДИН ОТ ПРЕДСТОЯЩИХ СЛУГ УДАРИ В ЛАНИТУ ИИСУСА...» [Ин 18, 22].

«...И слуги били Его по ланитам» [Мк 14, 65].

«Люди, державшие Иисуса, ругались над Ним и били Его; и, закрыв Его, ударяли Его по лицу...» [Лк 22, 63].

Так уж презренным рабам всегда хочется поиздеваться над преданными в их руки господами, тем пытаясь как-либо сгладить свое ничтожно-жалкое положение. И Екатеринбургская Голгофа, и пыточные камеры Преображенского, и кровавые подвалы чрезвычаек — звенья одной цепи. Где потомки нами разысканных рабов все пытаются продлить свое наслаждение, получаемое с каждой капелькой выцеживаемой ими христианской крови, тем имитируя свои подлые кощунства, которые им были разрешены их господами две тысячи лет назад в русском городе Ие Руса лиме. Где, как нам известно из устного нашего народного творчества, которому глотку свинцом наследникам книжников и фарисеев и их рабов хананеев залить так и не удалось, жиды Христа распяли. И вот как этот момент описан в Евангелии:

«...АРХИЕРЕИ И СЛУГИ, ВОЗОПИША ГЛАГОЛЮЩЕ: РАСПНИ, РАСПНИ ЕГО» [Ин 19, 6].

Так какое же наречие не знал и не понимал апостол Петр?

Для отыскания корней вышеуказанного языка обратимся к страницам Ветхого Завета, чей перевод на наш нынешний язык хоть уже и переполнен целенаправленными вкраплениями в пользу племени богоубийц, но, однако же, является в своем первоначальном исполнении писанием все же священным. А потому хотя бы попытаемся разобрать силуэты стоявших ранее слов, а также мотивацию их исправлений, которые потребовались силам тьмы в борьбе за подмену СЛОВА Правды ложью измышлений своих человеконенавистнических доктрин. Вот и будем теперь, буквально по крупицам, скрупулезно и нудно выискивать ранее показавшиеся нашим врагам не слишком значительными те фрагменты из священных текстов, по которым теперь лишь и можно обнаружить ту самую Правду, которая все равно восторжествует, несмотря на все усилия по ее сокрытию сил лжи. Эти силы, что не секрет, этнически очень не однородны. Это книжники, фарисеи и их рабы хананеи — туземное население Ханаана.

Начнем с рабов.

Самым ощутимым отличием черных хананеев от Богом избранного народа является именно тот самый костный картавый язык, который чисто физически не позволял семени рабов освоить язык своих господ, имеющий одних только звуков в своем алфавите чуть ли ни вдвое больше. А потому представитель народа-языка господина косноязычного наречия своих рабов не просто не понимал, но и не желал понимать точно так же, как не желает понимать примитивного наречия туземцев русский человек, проживавший некогда в многонациональной России, включающей в свой состав Азербайджан и Латвию, Грузию и Узбекистан. Он, являясь на этих территориях представителем народа господина, всегда считал ниже своего достоинства заниматься изучением туземного наречия или диалекта. И исключительно потому, что, пусть и подспудно, пусть пропаганда сильно и игнорировала его историческую память отношения к своему древнейшему способу общения между людьми, он всегда знал цену Русского языка. Что теперь выясняется — Божьего — Слова Русы.

Точно также, что высвечивает Евангелие, не слишком-то и заботился о знании чуждого ему языка этот израильтянин из Галилеи, пришедший в главный город своей страны — Иерусалим, некогда отвоеванный его пращурами у черных дикарей, совершающих свои языческие камлания с человеческими жертвоприношениями у свято чтимого потомками Сима места. Того самого, где после потопа потомками Ноя, Ксисутруса (си суть Руса), была зарыта святая глава Адама.

Так какая же народность может быть отнесена к племени рабов Русского человека, людей Бога Русы? Какой из упомянутых в Евангелии народов претендует на роль богоубийц, кровно родственных Содоме?

Русские былины в один голос утверждают: жиды Христа распяли. То есть именно они и представляют собою тех древних хананеев, слуг и рабов израильтян, которые как участвовали в аресте нашего (а не их) Спасителя, а затем и в издевательствах над Ним, так и в принятии на себя Его честной крови.

То есть это самое «ничем», которое извечно хотело стать непременно «всем», в русском городе Ие Руса лиме, в тот самый момент двухтысячелетней давности, следует сопоставить именно с тем народом, который и распял Христа.

Однако ж существо произошедшего на Голгофе, когда рабское семя, порожденное отцом лжи, совершило казнь над вочеловечившимся Богом, поименованным Понтием Пилатом — Царем Иудейским, является прообразом и всех последующих нестроений, пришедших на землю вследствие козней секты, использующей в своих целях все ту же нацию — древних туземцев тех мест: черное рабское племя хананеев.

А от того и появился ветер нескончаемых революций, нам теперь столь не понятный, который всегда затевался народностями, которые оказались у детей Сима в вечном рабстве, но также извечно из этого рабства стремящихся теперь всеми средствами выбраться. И не просто там себе тихонечко стремились, но и выбирались периодически! Но, как заметим из дальнейшего, все не впрок: на сегодняшний день, уже чуть ли ни столетие находясь «в их воле», мы все равно ими брезгуем, что и сводит все усилия этого племени по своей реабилитации на нет. И брезгуем мы ими не зря. Ведь чисто интуитивно мы всегда сопоставляли этих богоубийц с содомитским племенем хананеев, которых Господь Бог покарал за их противоестественный блуд в Содоме и Гоморре! И именно к хананейским Сидону и Тиру предназначались те знаменитые слова Иисуса Христа, обращенные к Капернауму:

«И ты, Капернаум, до неба вознесшийся, до ада низвергнешься, ибо если бы в Содоме явлены были силы, явленные в тебе, то он оставался бы до сего дня» [Мф 11, 23].

А вот как земли эти были обетованы Аврааму:

«... и пришли в землю Ханаанскую. И прошел Аврам по земле сей [по длине ее] до места Сихема, до дубравы Море. В этой земле тогда [жили] Хананеи. И явился Господь Авраму и сказал [ему]: потомству твоему отдам Я землю сию» [Быт 12, 5–7].

А вот и первые вехи механики вкраплений в древние тексты:

«И пришел один из уцелевших и известил Аврама Еврея...» [Быт 14, 13].

Однако же в церковнославянском варианте, то есть еще до перевода на современное наречие, значится:

«ПРИШЕД ЖЕ ЕДИН ОТ УЦЕЛЕВШИХ, ВОЗВЕСТИ АВРАМУ ПРИШЕЛЦУ...» [7] [Быт 14, 13].

Но пришедший тогда в Ханаан Авраам никак не мог быть никаким таким якобы евреем. И все потому, что этот термин появляется тысячелетием позже описываемых в Бытии событий. Лишь тогда, когда один из его потомков, Ефрем, соблазнит в идолопоклонство 10 Израилевых колен. Именно они затем и будут поименованы, как последователи его вероисповедания, евреями. И именно они, возвратясь из дальних странствий, сначала оснуют на юго-запад от Евфрата Европу Древнюю, а затем заселят уже и нынешнюю Европу — белый континент (подробно см.: [385], [392], [393]).

Так что термин «евреи» в Библию стал вписан лишь после того, как хананеи закрепили за собой прозвище части временно отошедших к поклонению их родовому божеству, Ваал-Фегору (Пеору), белых людей — их в прошлом господ.

Но не сейчас, и не вдруг этот подлог спроворен. Этой войне с нашей памятью уж никак не менее двух с половиной тысяч лет.

А вот еще неувязочка, которая и называет Симовых рабов их настоящим именем. В старославянском тексте:

«...ОТВЕРГОШАСЯ РАБИ» [1 Цар 13, 3] [7].

После же произведенной фальсификаторами корректировочки, читаем:

«...да услышат Евреи» [1 Цар 13, 3] [6].

Сами же евреи, то есть кровные потомки Ефрема, в описываемый момент являлись народом господином. Что обличает несовпадение данной фразы с действительностью наиболее аргументированно. Вот он, механизм подлога, произведенного за два тысячелетия. Именно он и стоит в основе всех тех недоразумений, которые мы находим на страницах Священного Писания.

То есть, записав на свой счет на страницах Священного Писания родство к Ефрему, они приступили уже и к дальнейшей своей экспансии: им перекройки под себя книг, повествующих о нашей истории, показалось мало — захотелось еще и богоизбранности. К ней и подводят впоследствии спроворенные вкрапления. А уже в следующем переиздании эти хананеи, вероломно влезшие в наши Святая Святых — тексты Священного Писания, и церковнославянский вариант под русско-мово-язычный подправят. После чего и «концы в воду»...

Такова механика наслоений, произведенных на древние наши святоотеческие тексты.

Вот еще фрагмент, раскрывающий суть этих переделок:

«НО И РАБИ, ИЖЕ БЫША СО ИНОПЛЕМЕННИКИ, ВЧЕРА И ТРЕТЬЕГО ДНЕ, ВШЕДШИЕ В ПОЛК, ОБРАТИШЕСЯ И ТИИ ЕЖЕ БЫТИ ИМ С ИЗРАИЛЬТЯНЫ...» [7] [1 Цар 14, 21].

То есть, во-первых, здесь однозначно подчеркивается полное отличие семитов, израильтян, от хананейского черного племени рабов, а, во-вторых, именно в существе этой словесной экспансии прослеживается полное родство проклятого племени с рабами, которые впоследствии заявят: «Кровь Его на нас и на детях наших!»

И вот, после очередной корректировки, на страницах Священного Писания вновь обнаруживается кощунствующая рука перекройщиков:

«Тогда и Евреи, которые вчера и третьего дня были у Филистимлян и которые повсюду ходили с ними в стане, пристали к Израильтянам...» [6] [1 Цар 14, 21].

Однако хотелось бы все же заметить, что даже и рассматриваемый вариант Ветхого Завета, в старославянском исполнении, отпечатан все теми же Библейскими обществами и в нем также имеются недомолвки в пользу все тех же сил и переисправления в древних текстах. И все эти поступки, столь для нас странные, которыми наделили действующие персонажи этих священных книг передельщики, очень роднят героев повествований с поведением хорошо известной нам народности, состоящей из помеси потомков заблуждения Ефрема с хананеями, взявшими на себя честную кровь Христа.

Между прочим, существует куда как и еще более ужасный вариант «перевода» Ветхого Завета. Он произведен с так называемого древнееврейского — «библейского». И мало чем отличается от Талмуда, который в финале обещает своим ортодоксальным адептам:

«"каждый иудей будет иметь тогда 2 800 гойских рабов" (Талмуд, Шаббат, 120, I; Санхедрин, 88, 2; 99, I; Яж. Шим., 56, 4, с. 359)» [192] (с. 344)

Существо вышеизложенного их доктрина пытается внушить как некую неизбежность. Под нее и подводят эти перманентные революционеры содержание постоянно подправляемой Библии.

Однако, даже при наличии слишком усердно заретушированных в свою пользу вариантов, им все равно не уйти от Правды, которая обязательно выйдет из сокрывшего ее словесного хитросплетения, основанного на подтасовке фактов.

Земля Ханаана

Не знаю и не понимаю

Шестикнижие «История Руси: кто мы?» - тома IV-IX,

том VII «Исследуйте писание»

страница 1-7

«И прошел о Нем слух по всей Сирии; и приводили к Нему всех немощных, одержимых различными болезнями и припадками, и бесноватых, и лунатиков, и расслабленных, и Он исцелял их» Мф 4, 24].

«Сирия — ...Сирiя (или Арамея), земля между Средиземным морем и Евфратом, от Египта до Аравийской пустыни (Быт 35, 9; 48, 7)» [36] (с. 601).

То есть страна Арама, младшего сына Сима, где господствующим был язык человечества, проигнорировавшего Вавилонскую затею Немрода — родоначальника немых. То есть людей, теперь не имеющих возможности разговаривать на некогда общем для всех языке.

«Тогда начал Он укорять города, в которых наиболее явлено было сил Его, за то, что они не покаялись:

горе тебе Хоразин! горе тебе, Вифсиада! ибо если бы в Тире и Сидоне явлены были силы, явленные в вас, то давно бы они во вретище и пепле покаялись,

но говорю вам: Тиру и Сидону отраднее будет в день суда, нежели вам.

И ты, Капернаум, до неба вознесшийся, до ада низвергнешься, ибо если бы в Содоме явлены были силы, явленные в тебе, то он оставался бы до сего дня;

но говорю вам, что земле Содомской отраднее будет в день суда, нежели тебе» [Мф 11, 20–24].

И в этом обличении столь непослушных сыновей во Отечестве Иисус Христос явственно сообщает Свое отношение к племени содомлян, к которому принадлежат жители Тира и Сидона, в чьих окрестностях довелось Ему беседовать с представительницей этого народа:

«И, выйдя оттуда, Иисус удалился в страны Тирские и Сидонские.

И вот, женщина Хананеянка, выйдя из тех мест, кричала Ему: помилуй меня, Господи, сын Давидов, дочь моя жестоко беснуется.

Но Он не отвечал ей ни слова. И ученики Его, приступив, просили Его: отпусти ее, потому что кричит за нами.

Он же сказал в ответ: Я послан только к погибшим овцам дома Израилева.

А она, подойдя, кланялась Ему и говорила: Господи! помоги мне.

Он же сказал в ответ: нехорошо взять хлеб у детей и бросить псам.

Она сказала: так, Господи! но и псы едят крохи, которые падают со стола господ их» [Мф 15, 22–27].

Так кого в сей мир Богом Отцом был послан спасать Иисус Христос? Кого Он называет детьми?

Израильтян — людей, судя по расшифровке этого древнего топонима на наш язык, являющийся первоязыком планеты, вышедших некогда из рая — семя Авраамово. Потому все славянское население Сирии (Сеvерии — северной части той в древности заселенной людьми земли), распростершей свои территории от Аравийской пустыни до Египта, сходилось к Нему. И никому Он не отказывал в изгнании бесов.

Кто же уподоблен псам?

Хананеи — проклятое племя, определенное в вечные рабы к детям Сима. То есть к тем же израильтянам — потомкам Авраама.

Эти уточнения поясняют: почему Иисус Христос столь явно показал нежелание, забросив работу над исправлением народа Своего, врачевать народ проклятый. Тот погрязший в сатанизме и язычестве народ, которому никакая помощь пользы все равно не принесет, и который не только живет с бесами, ежедневно взывая к ним своими косноязычными заклинаниями, но и сам является частью именно их мира, являясь продуктом мутации Вавилонского Столпотворения.

***

И слишком явная разница между народами проклятыми и благословенными в Священном Писании, несмотря на все ухищрения многочисленной когорты «переводчиков» якобы с их «библейского» наречия на нашу сиволапую народную речь, прослеживается слишком очевидно, чтобы мимо нее как-либо можно было в наших исследованиях пройти. Вот, например, как обличали рабы апостола Петра в принадлежности к народу галилеян-назареев:

«...точно и ты из них, ибо и речь твоя обличает тебя» [Мф 27, 73].

«...пришла одна из служанок первосвященника и, увидев Петра греющегося и всмотревшись в него, сказала: и ты был с Иисусом Назарянином. Но он отрекся, сказав: не знаю и не понимаю, что ты говоришь... Спустя немного, стоявшие тут снова стали говорить Петру: точно ты из них; ибо ты Галилеянин и наречие твое сходно» [Мк 14, 66–70].

И это чью же речь столь явно не пожелал понимать Петр?

Речь служанки. Что, очевидно, неспроста. Ведь племя плебеев от господ отличалось весьма существенно: оно имело не только слишком ограниченное количество звуков в своем разговорном наречии, но и черный цвет кожи, присущий расе в те времена общепризнанных рабов. Косноязычие же туземного населения Ханаана давало возможность прикинуться не понимающим его. Чем Петр и попытался воспользоваться. Но его слишком явственное внешнее отличие от схвативших Иисуса Христа первосвященнических рабов подметили уже и многие иные стоявшие здесь черные рабы. Ведь даже чисто внешне в нем ими был признан не просто иной с ними расы человек, но житель местности, имеющей исключительно белое население. Но и язык Петра, принадлежащий народу господину, отличался от языка рабов ничуть не менее:

«...точно и этот был с Ним, ибо он Галилеянин. Но Петр сказал тому человеку: не знаю, что ты говоришь» [Лк 22, 59–60].

«Петр опять отрекся; и тотчас запел петух» [Ин 18, 27].

То есть: и обличие, и язык у племени Христа и у племени схвативших Его рабов первосвященника настолько рознятся, что даже в темноте, при свете лишь костра, это не может не бросаться в глаза. И слетевшую с уст Петра фразу: «...не знаю и не понимаю, что говоришь», — произнес, судя по всему, не просто человек с явно выраженной разговорной речью, иной наречию рабов первосвященника. Здесь чувствуется явная принадлежность Петра к нации господ, даже в подобной ситуации чувствующей свое неоспоримое превосходство перед жалкими рабами.

Между тем и момент взятия под стражу Иисуса Христа также подтверждает нами рассматриваемую деталь национальной принадлежности взявшей на себя Его кровь народности. Ведь именно рабу в ту памятную ночь отрубил ухо защищавший с оружием в руках Иисуса Христа Петр:

«...ударил раба первосвященника, и отсек ему правое ухо» [Лк 22, 50].

«Симон же Петр, имея меч, извлек его, и ударил первосвященнического раба, и отсек ему правое ухо. Имя рабу было Малх» [Ин 18, 10].

«Тогда подошли и возложили руки на Иисуса, и взяли Его. И вот, один из бывших с Иисусом, простерши руку, извлек меч свой и, ударив раба первосвященникова, отсек ему ухо» [Мф 26, 50, 51].

Так что исключительно лишь руками рабов был схвачен Тот, Которого истинные израильтяне могли отказаться взять под стражу. Ведь неблагонадежность белокожих жителей Иерусалима, по отношению к замышлявшим казнь Иисуса Христа первосвященникам, в тот момент была слишком очевидна: лишь они одни могли устилать дорогу входящему в Иерусалим Иисусу Христу снятыми с себя одеждами и пальмовыми ветвями. И именно они приветствовали Его словами:

«...благословенно грядущее во имя Господа царство отца нашего Давида! осанна в вышних!» [Мк 11, 10].

А своим отцом считать Израильского Царя Давида мог только тот народ, который представлял собой его кровных родственников! Это народ, принадлежащий к Израилевому колену Иуды. Вечные же рабы, ставшие после вавилонского столпотворения не только чернокожими, но и косноязычными, никогда бы, по тем временам, не посмели, среди бела дня, косноязычно провозгласить Царя своих господ отцом своим собственным: ведь их настоящий отец — отец лжи. Так что приветствие сыну Давида, «Осанна в вышних!», могло принадлежать лишь народу-господину. Потому и доверять им арест Христа, со стороны синедриона, было бы, по меньшей мере, неразумно.

Черные же Хананеи, заклейменные проклятьем и отданные детям Сима в вечное услужение, были куда как более пригодны для данной цели. И рабы, пришедшие взять Христа спящим, нежданно застав Его бодрствующим, тут же рухнули пред Ним на колени — здесь сказалось их полное раболепство перед расой господ. Этим поступком обнаруживается вопиющее ничтожество рабов перед народом-господином. Ведь повели им еще вчера с величайшим фурором вошедший в город представитель расы господ схватить приведших их сюда первосвященников, они, не моргнув глазом, схватили бы уже теперь и их! В том существо этой подлых кровей рабской натуры:

«Иисус же, зная все, что с Ним будет, вышел и сказал им: кого ищете? Ему отвечали: Иисуса Назорея. Иисус говорит им: это Я... И когда сказал им: это Я, они отступили назад и пали на землю» [Ин 18, 4–6].

И именно они же затем охраняли Иисуса Христа во дворе первосвященника. Именно их афроазийский косноязычный картавый говор столь упорно не желал понимать апостол Петр.

«Один из рабов первосвященнических, родственник тому, которому Петр отсек ухо, говорит: не я ли видел тебя с Ним в саду?» [Ин 18, 26].

Так что и рабы, и служанки — все присутствовали: как при взятии Христа под стражу, так и при несении службы по охране Его во дворе первосвященника.

Мало того, именно они издевались над Ним:

«...ЕДИН ОТ ПРЕДСТОЯЩИХ СЛУГ УДАРИ В ЛАНИТУ ИИСУСА...» [Ин 18, 22].

«...И слуги били Его по ланитам» [Мк 14, 65].

«Люди, державшие Иисуса, ругались над Ним и били Его; и, закрыв Его, ударяли Его по лицу...» [Лк 22, 63].

Так уж презренным рабам всегда хочется поиздеваться над преданными в их руки господами, тем пытаясь как-либо сгладить свое ничтожно-жалкое положение. И Екатеринбургская Голгофа, и пыточные камеры Преображенского, и кровавые подвалы чрезвычаек — звенья одной цепи. Где потомки нами разысканных рабов все пытаются продлить свое наслаждение, получаемое с каждой капелькой выцеживаемой ими христианской крови, тем имитируя свои подлые кощунства, которые им были разрешены их господами две тысячи лет назад в русском городе Ие Руса лиме. Где, как нам известно из устного нашего народного творчества, которому глотку свинцом наследникам книжников и фарисеев и их рабов хананеев залить так и не удалось, жиды Христа распяли. И вот как этот момент описан в Евангелии:

«...АРХИЕРЕИ И СЛУГИ, ВОЗОПИША ГЛАГОЛЮЩЕ: РАСПНИ, РАСПНИ ЕГО» [Ин 19, 6].

Так какое же наречие не знал и не понимал апостол Петр?

Для отыскания корней вышеуказанного языка обратимся к страницам Ветхого Завета, чей перевод на наш нынешний язык хоть уже и переполнен целенаправленными вкраплениями в пользу племени богоубийц, но, однако же, является в своем первоначальном исполнении писанием все же священным. А потому хотя бы попытаемся разобрать силуэты стоявших ранее слов, а также мотивацию их исправлений, которые потребовались силам тьмы в борьбе за подмену СЛОВА Правды ложью измышлений своих человеконенавистнических доктрин. Вот и будем теперь, буквально по крупицам, скрупулезно и нудно выискивать ранее показавшиеся нашим врагам не слишком значительными те фрагменты из священных текстов, по которым теперь лишь и можно обнаружить ту самую Правду, которая все равно восторжествует, несмотря на все усилия по ее сокрытию сил лжи. Эти силы, что не секрет, этнически очень не однородны. Это книжники, фарисеи и их рабы хананеи — туземное население Ханаана.

Начнем с рабов.

Самым ощутимым отличием черных хананеев от Богом избранного народа является именно тот самый костный картавый язык, который чисто физически не позволял семени рабов освоить язык своих господ, имеющий одних только звуков в своем алфавите чуть ли ни вдвое больше. А потому представитель народа-языка господина косноязычного наречия своих рабов не просто не понимал, но и не желал понимать точно так же, как не желает понимать примитивного наречия туземцев русский человек, проживавший некогда в многонациональной России, включающей в свой состав Азербайджан и Латвию, Грузию и Узбекистан. Он, являясь на этих территориях представителем народа господина, всегда считал ниже своего достоинства заниматься изучением туземного наречия или диалекта. И исключительно потому, что, пусть и подспудно, пусть пропаганда сильно и игнорировала его историческую память отношения к своему древнейшему способу общения между людьми, он всегда знал цену Русского языка. Что теперь выясняется — Божьего — Слова Русы.

Точно также, что высвечивает Евангелие, не слишком-то и заботился о знании чуждого ему языка этот израильтянин из Галилеи, пришедший в главный город своей страны — Иерусалим, некогда отвоеванный его пращурами у черных дикарей, совершающих свои языческие камлания с человеческими жертвоприношениями у свято чтимого потомками Сима места. Того самого, где после потопа потомками Ноя, Ксисутруса (си суть Руса), была зарыта святая глава Адама.

Так какая же народность может быть отнесена к племени рабов Русского человека, людей Бога Русы? Какой из упомянутых в Евангелии народов претендует на роль богоубийц, кровно родственных Содоме?

Русские былины в один голос утверждают: жиды Христа распяли. То есть именно они и представляют собою тех древних хананеев, слуг и рабов израильтян, которые как участвовали в аресте нашего (а не их) Спасителя, а затем и в издевательствах над Ним, так и в принятии на себя Его честной крови.

То есть это самое «ничем», которое извечно хотело стать непременно «всем», в русском городе Ие Руса лиме, в тот самый момент двухтысячелетней давности, следует сопоставить именно с тем народом, который и распял Христа.

Однако ж существо произошедшего на Голгофе, когда рабское семя, порожденное отцом лжи, совершило казнь над вочеловечившимся Богом, поименованным Понтием Пилатом — Царем Иудейским, является прообразом и всех последующих нестроений, пришедших на землю вследствие козней секты, использующей в своих целях все ту же нацию — древних туземцев тех мест: черное рабское племя хананеев.

А от того и появился ветер нескончаемых революций, нам теперь столь не понятный, который всегда затевался народностями, которые оказались у детей Сима в вечном рабстве, но также извечно из этого рабства стремящихся теперь всеми средствами выбраться. И не просто там себе тихонечко стремились, но и выбирались периодически! Но, как заметим из дальнейшего, все не впрок: на сегодняшний день, уже чуть ли ни столетие находясь «в их воле», мы все равно ими брезгуем, что и сводит все усилия этого племени по своей реабилитации на нет. И брезгуем мы ими не зря. Ведь чисто интуитивно мы всегда сопоставляли этих богоубийц с содомитским племенем хананеев, которых Господь Бог покарал за их противоестественный блуд в Содоме и Гоморре! И именно к хананейским Сидону и Тиру предназначались те знаменитые слова Иисуса Христа, обращенные к Капернауму:

«И ты, Капернаум, до неба вознесшийся, до ада низвергнешься, ибо если бы в Содоме явлены были силы, явленные в тебе, то он оставался бы до сего дня» [Мф 11, 23].

А вот как земли эти были обетованы Аврааму:

«... и пришли в землю Ханаанскую. И прошел Аврам по земле сей [по длине ее] до места Сихема, до дубравы Море. В этой земле тогда [жили] Хананеи. И явился Господь Авраму и сказал [ему]: потомству твоему отдам Я землю сию» [Быт 12, 5–7].

А вот и первые вехи механики вкраплений в древние тексты:

«И пришел один из уцелевших и известил Аврама Еврея...» [Быт 14, 13].

Однако же в церковнославянском варианте, то есть еще до перевода на современное наречие, значится:

«ПРИШЕД ЖЕ ЕДИН ОТ УЦЕЛЕВШИХ, ВОЗВЕСТИ АВРАМУ ПРИШЕЛЦУ...» [7] [Быт 14, 13].

Но пришедший тогда в Ханаан Авраам никак не мог быть никаким таким якобы евреем. И все потому, что этот термин появляется тысячелетием позже описываемых в Бытии событий. Лишь тогда, когда один из его потомков, Ефрем, соблазнит в идолопоклонство 10 Израилевых колен. Именно они затем и будут поименованы, как последователи его вероисповедания, евреями. И именно они, возвратясь из дальних странствий, сначала оснуют на юго-запад от Евфрата Европу Древнюю, а затем заселят уже и нынешнюю Европу — белый континент (подробно см.: [385], [392], [393]).

Так что термин «евреи» в Библию стал вписан лишь после того, как хананеи закрепили за собой прозвище части временно отошедших к поклонению их родовому божеству, Ваал-Фегору (Пеору), белых людей — их в прошлом господ.

Но не сейчас, и не вдруг этот подлог спроворен. Этой войне с нашей памятью уж никак не менее двух с половиной тысяч лет.

А вот еще неувязочка, которая и называет Симовых рабов их настоящим именем. В старославянском тексте:

«...ОТВЕРГОШАСЯ РАБИ» [1 Цар 13, 3] [7].

После же произведенной фальсификаторами корректировочки, читаем:

«...да услышат Евреи» [1 Цар 13, 3] [6].

Сами же евреи, то есть кровные потомки Ефрема, в описываемый момент являлись народом господином. Что обличает несовпадение данной фразы с действительностью наиболее аргументированно. Вот он, механизм подлога, произведенного за два тысячелетия. Именно он и стоит в основе всех тех недоразумений, которые мы находим на страницах Священного Писания.

То есть, записав на свой счет на страницах Священного Писания родство к Ефрему, они приступили уже и к дальнейшей своей экспансии: им перекройки под себя книг, повествующих о нашей истории, показалось мало — захотелось еще и богоизбранности. К ней и подводят впоследствии спроворенные вкрапления. А уже в следующем переиздании эти хананеи, вероломно влезшие в наши Святая Святых — тексты Священного Писания, и церковнославянский вариант под русско-мово-язычный подправят. После чего и «концы в воду»...

Такова механика наслоений, произведенных на древние наши святоотеческие тексты.

Вот еще фрагмент, раскрывающий суть этих переделок:

«НО И РАБИ, ИЖЕ БЫША СО ИНОПЛЕМЕННИКИ, ВЧЕРА И ТРЕТЬЕГО ДНЕ, ВШЕДШИЕ В ПОЛК, ОБРАТИШЕСЯ И ТИИ ЕЖЕ БЫТИ ИМ С ИЗРАИЛЬТЯНЫ...» [7] [1 Цар 14, 21].

То есть, во-первых, здесь однозначно подчеркивается полное отличие семитов, израильтян, от хананейского черного племени рабов, а, во-вторых, именно в существе этой словесной экспансии прослеживается полное родство проклятого племени с рабами, которые впоследствии заявят: «Кровь Его на нас и на детях наших!»

И вот, после очередной корректировки, на страницах Священного Писания вновь обнаруживается кощунствующая рука перекройщиков:

«Тогда и Евреи, которые вчера и третьего дня были у Филистимлян и которые повсюду ходили с ними в стане, пристали к Израильтянам...» [6] [1 Цар 14, 21].

Однако хотелось бы все же заметить, что даже и рассматриваемый вариант Ветхого Завета, в старославянском исполнении, отпечатан все теми же Библейскими обществами и в нем также имеются недомолвки в пользу все тех же сил и переисправления в древних текстах. И все эти поступки, столь для нас странные, которыми наделили действующие персонажи этих священных книг передельщики, очень роднят героев повествований с поведением хорошо известной нам народности, состоящей из помеси потомков заблуждения Ефрема с хананеями, взявшими на себя честную кровь Христа.

Между прочим, существует куда как и еще более ужасный вариант «перевода» Ветхого Завета. Он произведен с так называемого древнееврейского — «библейского». И мало чем отличается от Талмуда, который в финале обещает своим ортодоксальным адептам:

«"каждый иудей будет иметь тогда 2 800 гойских рабов" (Талмуд, Шаббат, 120, I; Санхедрин, 88, 2; 99, I; Яж. Шим., 56, 4, с. 359)» [192] (с. 344)

Существо вышеизложенного их доктрина пытается внушить как некую неизбежность. Под нее и подводят эти перманентные революционеры содержание постоянно подправляемой Библии.

Однако, даже при наличии слишком усердно заретушированных в свою пользу вариантов, им все равно не уйти от Правды, которая обязательно выйдет из сокрывшего ее словесного хитросплетения, основанного на подтасовке фактов.

Земля Ханаана

Не знаю и не понимаю

Шестикнижие «История Руси: кто мы?» - тома IV-IX,

том VII «Исследуйте писание»

страница 1-7

«И прошел о Нем слух по всей Сирии; и приводили к Нему всех немощных, одержимых различными болезнями и припадками, и бесноватых, и лунатиков, и расслабленных, и Он исцелял их» Мф 4, 24].

«Сирия — ...Сирiя (или Арамея), земля между Средиземным морем и Евфратом, от Египта до Аравийской пустыни (Быт 35, 9; 48, 7)» [36] (с. 601).

То есть страна Арама, младшего сына Сима, где господствующим был язык человечества, проигнорировавшего Вавилонскую затею Немрода — родоначальника немых. То есть людей, теперь не имеющих возможности разговаривать на некогда общем для всех языке.

«Тогда начал Он укорять города, в которых наиболее явлено было сил Его, за то, что они не покаялись:

горе тебе Хоразин! горе тебе, Вифсиада! ибо если бы в Тире и Сидоне явлены были силы, явленные в вас, то давно бы они во вретище и пепле покаялись,

но говорю вам: Тиру и Сидону отраднее будет в день суда, нежели вам.

И ты, Капернаум, до неба вознесшийся, до ада низвергнешься, ибо если бы в Содоме явлены были силы, явленные в тебе, то он оставался бы до сего дня;

но говорю вам, что земле Содомской отраднее будет в день суда, нежели тебе» [Мф 11, 20–24].

И в этом обличении столь непослушных сыновей во Отечестве Иисус Христос явственно сообщает Свое отношение к племени содомлян, к которому принадлежат жители Тира и Сидона, в чьих окрестностях довелось Ему беседовать с представительницей этого народа:

«И, выйдя оттуда, Иисус удалился в страны Тирские и Сидонские.

И вот, женщина Хананеянка, выйдя из тех мест, кричала Ему: помилуй меня, Господи, сын Давидов, дочь моя жестоко беснуется.

Но Он не отвечал ей ни слова. И ученики Его, приступив, просили Его: отпусти ее, потому что кричит за нами.

Он же сказал в ответ: Я послан только к погибшим овцам дома Израилева.

А она, подойдя, кланялась Ему и говорила: Господи! помоги мне.

Он же сказал в ответ: нехорошо взять хлеб у детей и бросить псам.

Она сказала: так, Господи! но и псы едят крохи, которые падают со стола господ их» [Мф 15, 22–27].

Так кого в сей мир Богом Отцом был послан спасать Иисус Христос? Кого Он называет детьми?

Израильтян — людей, судя по расшифровке этого древнего топонима на наш язык, являющийся первоязыком планеты, вышедших некогда из рая — семя Авраамово. Потому все славянское население Сирии (Сеvерии — северной части той в древности заселенной людьми земли), распростершей свои территории от Аравийской пустыни до Египта, сходилось к Нему. И никому Он не отказывал в изгнании бесов.

Кто же уподоблен псам?

Хананеи — проклятое племя, определенное в вечные рабы к детям Сима. То есть к тем же израильтянам — потомкам Авраама.

Эти уточнения поясняют: почему Иисус Христос столь явно показал нежелание, забросив работу над исправлением народа Своего, врачевать народ проклятый. Тот погрязший в сатанизме и язычестве народ, которому никакая помощь пользы все равно не принесет, и который не только живет с бесами, ежедневно взывая к ним своими косноязычными заклинаниями, но и сам является частью именно их мира, являясь продуктом мутации Вавилонского Столпотворения.

***

И слишком явная разница между народами проклятыми и благословенными в Священном Писании, несмотря на все ухищрения многочисленной когорты «переводчиков» якобы с их «библейского» наречия на нашу сиволапую народную речь, прослеживается слишком очевидно, чтобы мимо нее как-либо можно было в наших исследованиях пройти. Вот, например, как обличали рабы апостола Петра в принадлежности к народу галилеян-назареев:

«...точно и ты из них, ибо и речь твоя обличает тебя» [Мф 27, 73].

«...пришла одна из служанок первосвященника и, увидев Петра греющегося и всмотревшись в него, сказала: и ты был с Иисусом Назарянином. Но он отрекся, сказав: не знаю и не понимаю, что ты говоришь... Спустя немного, стоявшие тут снова стали говорить Петру: точно ты из них; ибо ты Галилеянин и наречие твое сходно» [Мк 14, 66–70].

И это чью же речь столь явно не пожелал понимать Петр?

Речь служанки. Что, очевидно, неспроста. Ведь племя плебеев от господ отличалось весьма существенно: оно имело не только слишком ограниченное количество звуков в своем разговорном наречии, но и черный цвет кожи, присущий расе в те времена общепризнанных рабов. Косноязычие же туземного населения Ханаана давало возможность прикинуться не понимающим его. Чем Петр и попытался воспользоваться. Но его слишком явственное внешнее отличие от схвативших Иисуса Христа первосвященнических рабов подметили уже и многие иные стоявшие здесь черные рабы. Ведь даже чисто внешне в нем ими был признан не просто иной с ними расы человек, но житель местности, имеющей исключительно белое население. Но и язык Петра, принадлежащий народу господину, отличался от языка рабов ничуть не менее:

«...точно и этот был с Ним, ибо он Галилеянин. Но Петр сказал тому человеку: не знаю, что ты говоришь» [Лк 22, 59–60].

«Петр опять отрекся; и тотчас запел петух» [Ин 18, 27].

То есть: и обличие, и язык у племени Христа и у племени схвативших Его рабов первосвященника настолько рознятся, что даже в темноте, при свете лишь костра, это не может не бросаться в глаза. И слетевшую с уст Петра фразу: «...не знаю и не понимаю, что говоришь», — произнес, судя по всему, не просто человек с явно выраженной разговорной речью, иной наречию рабов первосвященника. Здесь чувствуется явная принадлежность Петра к нации господ, даже в подобной ситуации чувствующей свое неоспоримое превосходство перед жалкими рабами.

Между тем и момент взятия под стражу Иисуса Христа также подтверждает нами рассматриваемую деталь национальной принадлежности взявшей на себя Его кровь народности. Ведь именно рабу в ту памятную ночь отрубил ухо защищавший с оружием в руках Иисуса Христа Петр:

«...ударил раба первосвященника, и отсек ему правое ухо» [Лк 22, 50].

«Симон же Петр, имея меч, извлек его, и ударил первосвященнического раба, и отсек ему правое ухо. Имя рабу было Малх» [Ин 18, 10].

«Тогда подошли и возложили руки на Иисуса, и взяли Его. И вот, один из бывших с Иисусом, простерши руку, извлек меч свой и, ударив раба первосвященникова, отсек ему ухо» [Мф 26, 50, 51].

Так что исключительно лишь руками рабов был схвачен Тот, Которого истинные израильтяне могли отказаться взять под стражу. Ведь неблагонадежность белокожих жителей Иерусалима, по отношению к замышлявшим казнь Иисуса Христа первосвященникам, в тот момент была слишком очевидна: лишь они одни могли устилать дорогу входящему в Иерусалим Иисусу Христу снятыми с себя одеждами и пальмовыми ветвями. И именно они приветствовали Его словами:

«...благословенно грядущее во имя Господа царство отца нашего Давида! осанна в вышних!» [Мк 11, 10].

А своим отцом считать Израильского Царя Давида мог только тот народ, который представлял собой его кровных родственников! Это народ, принадлежащий к Израилевому колену Иуды. Вечные же рабы, ставшие после вавилонского столпотворения не только чернокожими, но и косноязычными, никогда бы, по тем временам, не посмели, среди бела дня, косноязычно провозгласить Царя своих господ отцом своим собственным: ведь их настоящий отец — отец лжи. Так что приветствие сыну Давида, «Осанна в вышних!», могло принадлежать лишь народу-господину. Потому и доверять им арест Христа, со стороны синедриона, было бы, по меньшей мере, неразумно.

Черные же Хананеи, заклейменные проклятьем и отданные детям Сима в вечное услужение, были куда как более пригодны для данной цели. И рабы, пришедшие взять Христа спящим, нежданно застав Его бодрствующим, тут же рухнули пред Ним на колени — здесь сказалось их полное раболепство перед расой господ. Этим поступком обнаруживается вопиющее ничтожество рабов перед народом-господином. Ведь повели им еще вчера с величайшим фурором вошедший в город представитель расы господ схватить приведших их сюда первосвященников, они, не моргнув глазом, схватили бы уже теперь и их! В том существо этой подлых кровей рабской натуры:

«Иисус же, зная все, что с Ним будет, вышел и сказал им: кого ищете? Ему отвечали: Иисуса Назорея. Иисус говорит им: это Я... И когда сказал им: это Я, они отступили назад и пали на землю» [Ин 18, 4–6].

И именно они же затем охраняли Иисуса Христа во дворе первосвященника. Именно их афроазийский косноязычный картавый говор столь упорно не желал понимать апостол Петр.

«Один из рабов первосвященнических, родственник тому, которому Петр отсек ухо, говорит: не я ли видел тебя с Ним в саду?» [Ин 18, 26].

Так что и рабы, и служанки — все присутствовали: как при взятии Христа под стражу, так и при несении службы по охране Его во дворе первосвященника.

Мало того, именно они издевались над Ним:

«...ЕДИН ОТ ПРЕДСТОЯЩИХ СЛУГ УДАРИ В ЛАНИТУ ИИСУСА...» [Ин 18, 22].

«...И слуги били Его по ланитам» [Мк 14, 65].

«Люди, державшие Иисуса, ругались над Ним и били Его; и, закрыв Его, ударяли Его по лицу...» [Лк 22, 63].

Так уж презренным рабам всегда хочется поиздеваться над преданными в их руки господами, тем пытаясь как-либо сгладить свое ничтожно-жалкое положение. И Екатеринбургская Голгофа, и пыточные камеры Преображенского, и кровавые подвалы чрезвычаек — звенья одной цепи. Где потомки нами разысканных рабов все пытаются продлить свое наслаждение, получаемое с каждой капелькой выцеживаемой ими христианской крови, тем имитируя свои подлые кощунства, которые им были разрешены их господами две тысячи лет назад в русском городе Ие Руса лиме. Где, как нам известно из устного нашего народного творчества, которому глотку свинцом наследникам книжников и фарисеев и их рабов хананеев залить так и не удалось, жиды Христа распяли. И вот как этот момент описан в Евангелии:

«...АРХИЕРЕИ И СЛУГИ, ВОЗОПИША ГЛАГОЛЮЩЕ: РАСПНИ, РАСПНИ ЕГО» [Ин 19, 6].

Так какое же наречие не знал и не понимал апостол Петр?

Для отыскания корней вышеуказанного языка обратимся к страницам Ветхого Завета, чей перевод на наш нынешний язык хоть уже и переполнен целенаправленными вкраплениями в пользу племени богоубийц, но, однако же, является в своем первоначальном исполнении писанием все же священным. А потому хотя бы попытаемся разобрать силуэты стоявших ранее слов, а также мотивацию их исправлений, которые потребовались силам тьмы в борьбе за подмену СЛОВА Правды ложью измышлений своих человеконенавистнических доктрин. Вот и будем теперь, буквально по крупицам, скрупулезно и нудно выискивать ранее показавшиеся нашим врагам не слишком значительными те фрагменты из священных текстов, по которым теперь лишь и можно обнаружить ту самую Правду, которая все равно восторжествует, несмотря на все усилия по ее сокрытию сил лжи. Эти силы, что не секрет, этнически очень не однородны. Это книжники, фарисеи и их рабы хананеи — туземное население Ханаана.

Начнем с рабов.

Самым ощутимым отличием черных хананеев от Богом избранного народа является именно тот самый костный картавый язык, который чисто физически не позволял семени рабов освоить язык своих господ, имеющий одних только звуков в своем алфавите чуть ли ни вдвое больше. А потому представитель народа-языка господина косноязычного наречия своих рабов не просто не понимал, но и не желал понимать точно так же, как не желает понимать примитивного наречия туземцев русский человек, проживавший некогда в многонациональной России, включающей в свой состав Азербайджан и Латвию, Грузию и Узбекистан. Он, являясь на этих территориях представителем народа господина, всегда считал ниже своего достоинства заниматься изучением туземного наречия или диалекта. И исключительно потому, что, пусть и подспудно, пусть пропаганда сильно и игнорировала его историческую память отношения к своему древнейшему способу общения между людьми, он всегда знал цену Русского языка. Что теперь выясняется — Божьего — Слова Русы.

Точно также, что высвечивает Евангелие, не слишком-то и заботился о знании чуждого ему языка этот израильтянин из Галилеи, пришедший в главный город своей страны — Иерусалим, некогда отвоеванный его пращурами у черных дикарей, совершающих свои языческие камлания с человеческими жертвоприношениями у свято чтимого потомками Сима места. Того самого, где после потопа потомками Ноя, Ксисутруса (си суть Руса), была зарыта святая глава Адама.

Так какая же народность может быть отнесена к племени рабов Русского человека, людей Бога Русы? Какой из упомянутых в Евангелии народов претендует на роль богоубийц, кровно родственных Содоме?

Русские былины в один голос утверждают: жиды Христа распяли. То есть именно они и представляют собою тех древних хананеев, слуг и рабов израильтян, которые как участвовали в аресте нашего (а не их) Спасителя, а затем и в издевательствах над Ним, так и в принятии на себя Его честной крови.

То есть это самое «ничем», которое извечно хотело стать непременно «всем», в русском городе Ие Руса лиме, в тот самый момент двухтысячелетней давности, следует сопоставить именно с тем народом, который и распял Христа.

Однако ж существо произошедшего на Голгофе, когда рабское семя, порожденное отцом лжи, совершило казнь над вочеловечившимся Богом, поименованным Понтием Пилатом — Царем Иудейским, является прообразом и всех последующих нестроений, пришедших на землю вследствие козней секты, использующей в своих целях все ту же нацию — древних туземцев тех мест: черное рабское племя хананеев.

А от того и появился ветер нескончаемых революций, нам теперь столь не понятный, который всегда затевался народностями, которые оказались у детей Сима в вечном рабстве, но также извечно из этого рабства стремящихся теперь всеми средствами выбраться. И не просто там себе тихонечко стремились, но и выбирались периодически! Но, как заметим из дальнейшего, все не впрок: на сегодняшний день, уже чуть ли ни столетие находясь «в их воле», мы все равно ими брезгуем, что и сводит все усилия этого племени по своей реабилитации на нет. И брезгуем мы ими не зря. Ведь чисто интуитивно мы всегда сопоставляли этих богоубийц с содомитским племенем хананеев, которых Господь Бог покарал за их противоестественный блуд в Содоме и Гоморре! И именно к хананейским Сидону и Тиру предназначались те знаменитые слова Иисуса Христа, обращенные к Капернауму:

«И ты, Капернаум, до неба вознесшийся, до ада низвергнешься, ибо если бы в Содоме явлены были силы, явленные в тебе, то он оставался бы до сего дня» [Мф 11, 23].

А вот как земли эти были обетованы Аврааму:

«... и пришли в землю Ханаанскую. И прошел Аврам по земле сей [по длине ее] до места Сихема, до дубравы Море. В этой земле тогда [жили] Хананеи. И явился Господь Авраму и сказал [ему]: потомству твоему отдам Я землю сию» [Быт 12, 5–7].

А вот и первые вехи механики вкраплений в древние тексты:

«И пришел один из уцелевших и известил Аврама Еврея...» [Быт 14, 13].

Однако же в церковнославянском варианте, то есть еще до перевода на современное наречие, значится:

«ПРИШЕД ЖЕ ЕДИН ОТ УЦЕЛЕВШИХ, ВОЗВЕСТИ АВРАМУ ПРИШЕЛЦУ...» [7] [Быт 14, 13].

Но пришедший тогда в Ханаан Авраам никак не мог быть никаким таким якобы евреем. И все потому, что этот термин появляется тысячелетием позже описываемых в Бытии событий. Лишь тогда, когда один из его потомков, Ефрем, соблазнит в идолопоклонство 10 Израилевых колен. Именно они затем и будут поименованы, как последователи его вероисповедания, евреями. И именно они, возвратясь из дальних странствий, сначала оснуют на юго-запад от Евфрата Европу Древнюю, а затем заселят уже и нынешнюю Европу — белый континент (подробно см.: [385], [392], [393]).

Так что термин «евреи» в Библию стал вписан лишь после того, как хананеи закрепили за собой прозвище части временно отошедших к поклонению их родовому божеству, Ваал-Фегору (Пеору), белых людей — их в прошлом господ.

Но не сейчас, и не вдруг этот подлог спроворен. Этой войне с нашей памятью уж никак не менее двух с половиной тысяч лет.

А вот еще неувязочка, которая и называет Симовых рабов их настоящим именем. В старославянском тексте:

«...ОТВЕРГОШАСЯ РАБИ» [1 Цар 13, 3] [7].

После же произведенной фальсификаторами корректировочки, читаем:

«...да услышат Евреи» [1 Цар 13, 3] [6].

Сами же евреи, то есть кровные потомки Ефрема, в описываемый момент являлись народом господином. Что обличает несовпадение данной фразы с действительностью наиболее аргументированно. Вот он, механизм подлога, произведенного за два тысячелетия. Именно он и стоит в основе всех тех недоразумений, которые мы находим на страницах Священного Писания.

То есть, записав на свой счет на страницах Священного Писания родство к Ефрему, они приступили уже и к дальнейшей своей экспансии: им перекройки под себя книг, повествующих о нашей истории, показалось мало — захотелось еще и богоизбранности. К ней и подводят впоследствии спроворенные вкрапления. А уже в следующем переиздании эти хананеи, вероломно влезшие в наши Святая Святых — тексты Священного Писания, и церковнославянский вариант под русско-мово-язычный подправят. После чего и «концы в воду»...

Такова механика наслоений, произведенных на древние наши святоотеческие тексты.

Вот еще фрагмент, раскрывающий суть этих переделок:

«НО И РАБИ, ИЖЕ БЫША СО ИНОПЛЕМЕННИКИ, ВЧЕРА И ТРЕТЬЕГО ДНЕ, ВШЕДШИЕ В ПОЛК, ОБРАТИШЕСЯ И ТИИ ЕЖЕ БЫТИ ИМ С ИЗРАИЛЬТЯНЫ...» [7] [1 Цар 14, 21].

То есть, во-первых, здесь однозначно подчеркивается полное отличие семитов, израильтян, от хананейского черного племени рабов, а, во-вторых, именно в существе этой словесной экспансии прослеживается полное родство проклятого племени с рабами, которые впоследствии заявят: «Кровь Его на нас и на детях наших!»

И вот, после очередной корректировки, на страницах Священного Писания вновь обнаруживается кощунствующая рука перекройщиков:

«Тогда и Евреи, которые вчера и третьего дня были у Филистимлян и которые повсюду ходили с ними в стане, пристали к Израильтянам...» [6] [1 Цар 14, 21].

Однако хотелось бы все же заметить, что даже и рассматриваемый вариант Ветхого Завета, в старославянском исполнении, отпечатан все теми же Библейскими обществами и в нем также имеются недомолвки в пользу все тех же сил и переисправления в древних текстах. И все эти поступки, столь для нас странные, которыми наделили действующие персонажи этих священных книг передельщики, очень роднят героев повествований с поведением хорошо известной нам народности, состоящей из помеси потомков заблуждения Ефрема с хананеями, взявшими на себя честную кровь Христа.

Между прочим, существует куда как и еще более ужасный вариант «перевода» Ветхого Завета. Он произведен с так называемого древнееврейского — «библейского». И мало чем отличается от Талмуда, который в финале обещает своим ортодоксальным адептам:

«"каждый иудей будет иметь тогда 2 800 гойских рабов" (Талмуд, Шаббат, 120, I; Санхедрин, 88, 2; 99, I; Яж. Шим., 56, 4, с. 359)» [192] (с. 344)

Существо вышеизложенного их доктрина пытается внушить как некую неизбежность. Под нее и подводят эти перманентные революционеры содержание постоянно подправляемой Библии.

Однако, даже при наличии слишком усердно заретушированных в свою пользу вариантов, им все равно не уйти от Правды, которая обязательно выйдет из сокрывшего ее словесного хитросплетения, основанного на подтасовке фактов.

Земля Ханаана

Не знаю и не понимаю

Шестикнижие «История Руси: кто мы?» - тома IV-IX,

том VII «Исследуйте писание»

страница 1-7

«И прошел о Нем слух по всей Сирии; и приводили к Нему всех немощных, одержимых различными болезнями и припадками, и бесноватых, и лунатиков, и расслабленных, и Он исцелял их» Мф 4, 24].

«Сирия — ...Сирiя (или Арамея), земля между Средиземным морем и Евфратом, от Египта до Аравийской пустыни (Быт 35, 9; 48, 7)» [36] (с. 601).

То есть страна Арама, младшего сына Сима, где господствующим был язык человечества, проигнорировавшего Вавилонскую затею Немрода — родоначальника немых. То есть людей, теперь не имеющих возможности разговаривать на некогда общем для всех языке.

«Тогда начал Он укорять города, в которых наиболее явлено было сил Его, за то, что они не покаялись:

горе тебе Хоразин! горе тебе, Вифсиада! ибо если бы в Тире и Сидоне явлены были силы, явленные в вас, то давно бы они во вретище и пепле покаялись,

но говорю вам: Тиру и Сидону отраднее будет в день суда, нежели вам.

И ты, Капернаум, до неба вознесшийся, до ада низвергнешься, ибо если бы в Содоме явлены были силы, явленные в тебе, то он оставался бы до сего дня;

но говорю вам, что земле Содомской отраднее будет в день суда, нежели тебе» [Мф 11, 20–24].

И в этом обличении столь непослушных сыновей во Отечестве Иисус Христос явственно сообщает Свое отношение к племени содомлян, к которому принадлежат жители Тира и Сидона, в чьих окрестностях довелось Ему беседовать с представительницей этого народа:

«И, выйдя оттуда, Иисус удалился в страны Тирские и Сидонские.

И вот, женщина Хананеянка, выйдя из тех мест, кричала Ему: помилуй меня, Господи, сын Давидов, дочь моя жестоко беснуется.

Но Он не отвечал ей ни слова. И ученики Его, приступив, просили Его: отпусти ее, потому что кричит за нами.

Он же сказал в ответ: Я послан только к погибшим овцам дома Израилева.

А она, подойдя, кланялась Ему и говорила: Господи! помоги мне.

Он же сказал в ответ: нехорошо взять хлеб у детей и бросить псам.

Она сказала: так, Господи! но и псы едят крохи, которые падают со стола господ их» [Мф 15, 22–27].

Так кого в сей мир Богом Отцом был послан спасать Иисус Христос? Кого Он называет детьми?

Израильтян — людей, судя по расшифровке этого древнего топонима на наш язык, являющийся первоязыком планеты, вышедших некогда из рая — семя Авраамово. Потому все славянское население Сирии (Сеvерии — северной части той в древности заселенной людьми земли), распростершей свои территории от Аравийской пустыни до Египта, сходилось к Нему. И никому Он не отказывал в изгнании бесов.

Кто же уподоблен псам?

Хананеи — проклятое племя, определенное в вечные рабы к детям Сима. То есть к тем же израильтянам — потомкам Авраама.

Эти уточнения поясняют: почему Иисус Христос столь явно показал нежелание, забросив работу над исправлением народа Своего, врачевать народ проклятый. Тот погрязший в сатанизме и язычестве народ, которому никакая помощь пользы все равно не принесет, и который не только живет с бесами, ежедневно взывая к ним своими косноязычными заклинаниями, но и сам является частью именно их мира, являясь продуктом мутации Вавилонского Столпотворения.

***

И слишком явная разница между народами проклятыми и благословенными в Священном Писании, несмотря на все ухищрения многочисленной когорты «переводчиков» якобы с их «библейского» наречия на нашу сиволапую народную речь, прослеживается слишком очевидно, чтобы мимо нее как-либо можно было в наших исследованиях пройти. Вот, например, как обличали рабы апостола Петра в принадлежности к народу галилеян-назареев:

«...точно и ты из них, ибо и речь твоя обличает тебя» [Мф 27, 73].

«...пришла одна из служанок первосвященника и, увидев Петра греющегося и всмотревшись в него, сказала: и ты был с Иисусом Назарянином. Но он отрекся, сказав: не знаю и не понимаю, что ты говоришь... Спустя немного, стоявшие тут снова стали говорить Петру: точно ты из них; ибо ты Галилеянин и наречие твое сходно» [Мк 14, 66–70].

И это чью же речь столь явно не пожелал понимать Петр?

Речь служанки. Что, очевидно, неспроста. Ведь племя плебеев от господ отличалось весьма существенно: оно имело не только слишком ограниченное количество звуков в своем разговорном наречии, но и черный цвет кожи, присущий расе в те времена общепризнанных рабов. Косноязычие же туземного населения Ханаана давало возможность прикинуться не понимающим его. Чем Петр и попытался воспользоваться. Но его слишком явственное внешнее отличие от схвативших Иисуса Христа первосвященнических рабов подметили уже и многие иные стоявшие здесь черные рабы. Ведь даже чисто внешне в нем ими был признан не просто иной с ними расы человек, но житель местности, имеющей исключительно белое население. Но и язык Петра, принадлежащий народу господину, отличался от языка рабов ничуть не менее:

«...точно и этот был с Ним, ибо он Галилеянин. Но Петр сказал тому человеку: не знаю, что ты говоришь» [Лк 22, 59–60].

«Петр опять отрекся; и тотчас запел петух» [Ин 18, 27].

То есть: и обличие, и язык у племени Христа и у племени схвативших Его рабов первосвященника настолько рознятся, что даже в темноте, при свете лишь костра, это не может не бросаться в глаза. И слетевшую с уст Петра фразу: «...не знаю и не понимаю, что говоришь», — произнес, судя по всему, не просто человек с явно выраженной разговорной речью, иной наречию рабов первосвященника. Здесь чувствуется явная принадлежность Петра к нации господ, даже в подобной ситуации чувствующей свое неоспоримое превосходство перед жалкими рабами.

Между тем и момент взятия под стражу Иисуса Христа также подтверждает нами рассматриваемую деталь национальной принадлежности взявшей на себя Его кровь народности. Ведь именно рабу в ту памятную ночь отрубил ухо защищавший с оружием в руках Иисуса Христа Петр:

«...ударил раба первосвященника, и отсек ему правое ухо» [Лк 22, 50].

«Симон же Петр, имея меч, извлек его, и ударил первосвященнического раба, и отсек ему правое ухо. Имя рабу было Малх» [Ин 18, 10].

«Тогда подошли и возложили руки на Иисуса, и взяли Его. И вот, один из бывших с Иисусом, простерши руку, извлек меч свой и, ударив раба первосвященникова, отсек ему ухо» [Мф 26, 50, 51].

Так что исключительно лишь руками рабов был схвачен Тот, Которого истинные израильтяне могли отказаться взять под стражу. Ведь неблагонадежность белокожих жителей Иерусалима, по отношению к замышлявшим казнь Иисуса Христа первосвященникам, в тот момент была слишком очевидна: лишь они одни могли устилать дорогу входящему в Иерусалим Иисусу Христу снятыми с себя одеждами и пальмовыми ветвями. И именно они приветствовали Его словами:

«...благословенно грядущее во имя Господа царство отца нашего Давида! осанна в вышних!» [Мк 11, 10].

А своим отцом считать Израильского Царя Давида мог только тот народ, который представлял собой его кровных родственников! Это народ, принадлежащий к Израилевому колену Иуды. Вечные же рабы, ставшие после вавилонского столпотворения не только чернокожими, но и косноязычными, никогда бы, по тем временам, не посмели, среди бела дня, косноязычно провозгласить Царя своих господ отцом своим собственным: ведь их настоящий отец — отец лжи. Так что приветствие сыну Давида, «Осанна в вышних!», могло принадлежать лишь народу-господину. Потому и доверять им арест Христа, со стороны синедриона, было бы, по меньшей мере, неразумно.

Черные же Хананеи, заклейменные проклятьем и отданные детям Сима в вечное услужение, были куда как более пригодны для данной цели. И рабы, пришедшие взять Христа спящим, нежданно застав Его бодрствующим, тут же рухнули пред Ним на колени — здесь сказалось их полное раболепство перед расой господ. Этим поступком обнаруживается вопиющее ничтожество рабов перед народом-господином. Ведь повели им еще вчера с величайшим фурором вошедший в город представитель расы господ схватить приведших их сюда первосвященников, они, не моргнув глазом, схватили бы уже теперь и их! В том существо этой подлых кровей рабской натуры:

«Иисус же, зная все, что с Ним будет, вышел и сказал им: кого ищете? Ему отвечали: Иисуса Назорея. Иисус говорит им: это Я... И когда сказал им: это Я, они отступили назад и пали на землю» [Ин 18, 4–6].

И именно они же затем охраняли Иисуса Христа во дворе первосвященника. Именно их афроазийский косноязычный картавый говор столь упорно не желал понимать апостол Петр.

«Один из рабов первосвященнических, родственник тому, которому Петр отсек ухо, говорит: не я ли видел тебя с Ним в саду?» [Ин 18, 26].

Так что и рабы, и служанки — все присутствовали: как при взятии Христа под стражу, так и при несении службы по охране Его во дворе первосвященника.

Мало того, именно они издевались над Ним:

«...ЕДИН ОТ ПРЕДСТОЯЩИХ СЛУГ УДАРИ В ЛАНИТУ ИИСУСА...» [Ин 18, 22].

«...И слуги били Его по ланитам» [Мк 14, 65].

«Люди, державшие Иисуса, ругались над Ним и били Его; и, закрыв Его, ударяли Его по лицу...» [Лк 22, 63].

Так уж презренным рабам всегда хочется поиздеваться над преданными в их руки господами, тем пытаясь как-либо сгладить свое ничтожно-жалкое положение. И Екатеринбургская Голгофа, и пыточные камеры Преображенского, и кровавые подвалы чрезвычаек — звенья одной цепи. Где потомки нами разысканных рабов все пытаются продлить свое наслаждение, получаемое с каждой капелькой выцеживаемой ими христианской крови, тем имитируя свои подлые кощунства, которые им были разрешены их господами две тысячи лет назад в русском городе Ие Руса лиме. Где, как нам известно из устного нашего народного творчества, которому глотку свинцом наследникам книжников и фарисеев и их рабов хананеев залить так и не удалось, жиды Христа распяли. И вот как этот момент описан в Евангелии:

«...АРХИЕРЕИ И СЛУГИ, ВОЗОПИША ГЛАГОЛЮЩЕ: РАСПНИ, РАСПНИ ЕГО» [Ин 19, 6].

Так какое же наречие не знал и не понимал апостол Петр?

Для отыскания корней вышеуказанного языка обратимся к страницам Ветхого Завета, чей перевод на наш нынешний язык хоть уже и переполнен целенаправленными вкраплениями в пользу племени богоубийц, но, однако же, является в своем первоначальном исполнении писанием все же священным. А потому хотя бы попытаемся разобрать силуэты стоявших ранее слов, а также мотивацию их исправлений, которые потребовались силам тьмы в борьбе за подмену СЛОВА Правды ложью измышлений своих человеконенавистнических доктрин. Вот и будем теперь, буквально по крупицам, скрупулезно и нудно выискивать ранее показавшиеся нашим врагам не слишком значительными те фрагменты из священных текстов, по которым теперь лишь и можно обнаружить ту самую Правду, которая все равно восторжествует, несмотря на все усилия по ее сокрытию сил лжи. Эти силы, что не секрет, этнически очень не однородны. Это книжники, фарисеи и их рабы хананеи — туземное население Ханаана.

Начнем с рабов.

Самым ощутимым отличием черных хананеев от Богом избранного народа является именно тот самый костный картавый язык, который чисто физически не позволял семени рабов освоить язык своих господ, имеющий одних только звуков в своем алфавите чуть ли ни вдвое больше. А потому представитель народа-языка господина косноязычного наречия своих рабов не просто не понимал, но и не желал понимать точно так же, как не желает понимать примитивного наречия туземцев русский человек, проживавший некогда в многонациональной России, включающей в свой состав Азербайджан и Латвию, Грузию и Узбекистан. Он, являясь на этих территориях представителем народа господина, всегда считал ниже своего достоинства заниматься изучением туземного наречия или диалекта. И исключительно потому, что, пусть и подспудно, пусть пропаганда сильно и игнорировала его историческую память отношения к своему древнейшему способу общения между людьми, он всегда знал цену Русского языка. Что теперь выясняется — Божьего — Слова Русы.

Точно также, что высвечивает Евангелие, не слишком-то и заботился о знании чуждого ему языка этот израильтянин из Галилеи, пришедший в главный город своей страны — Иерусалим, некогда отвоеванный его пращурами у черных дикарей, совершающих свои языческие камлания с человеческими жертвоприношениями у свято чтимого потомками Сима места. Того самого, где после потопа потомками Ноя, Ксисутруса (си суть Руса), была зарыта святая глава Адама.

Так какая же народность может быть отнесена к племени рабов Русского человека, людей Бога Русы? Какой из упомянутых в Евангелии народов претендует на роль богоубийц, кровно родственных Содоме?

Русские былины в один голос утверждают: жиды Христа распяли. То есть именно они и представляют собою тех древних хананеев, слуг и рабов израильтян, которые как участвовали в аресте нашего (а не их) Спасителя, а затем и в издевательствах над Ним, так и в принятии на себя Его честной крови.

То есть это самое «ничем», которое извечно хотело стать непременно «всем», в русском городе Ие Руса лиме, в тот самый момент двухтысячелетней давности, следует сопоставить именно с тем народом, который и распял Христа.

Однако ж существо произошедшего на Голгофе, когда рабское семя, порожденное отцом лжи, совершило казнь над вочеловечившимся Богом, поименованным Понтием Пилатом — Царем Иудейским, является прообразом и всех последующих нестроений, пришедших на землю вследствие козней секты, использующей в своих целях все ту же нацию — древних туземцев тех мест: черное рабское племя хананеев.

А от того и появился ветер нескончаемых революций, нам теперь столь не понятный, который всегда затевался народностями, которые оказались у детей Сима в вечном рабстве, но также извечно из этого рабства стремящихся теперь всеми средствами выбраться. И не просто там себе тихонечко стремились, но и выбирались периодически! Но, как заметим из дальнейшего, все не впрок: на сегодняшний день, уже чуть ли ни столетие находясь «в их воле», мы все равно ими брезгуем, что и сводит все усилия этого племени по своей реабилитации на нет. И брезгуем мы ими не зря. Ведь чисто интуитивно мы всегда сопоставляли этих богоубийц с содомитским племенем хананеев, которых Господь Бог покарал за их противоестественный блуд в Содоме и Гоморре! И именно к хананейским Сидону и Тиру предназначались те знаменитые слова Иисуса Христа, обращенные к Капернауму:

«И ты, Капернаум, до неба вознесшийся, до ада низвергнешься, ибо если бы в Содоме явлены были силы, явленные в тебе, то он оставался бы до сего дня» [Мф 11, 23].

А вот как земли эти были обетованы Аврааму:

«... и пришли в землю Ханаанскую. И прошел Аврам по земле сей [по длине ее] до места Сихема, до дубравы Море. В этой земле тогда [жили] Хананеи. И явился Господь Авраму и сказал [ему]: потомству твоему отдам Я землю сию» [Быт 12, 5–7].

А вот и первые вехи механики вкраплений в древние тексты:

«И пришел один из уцелевших и известил Аврама Еврея...» [Быт 14, 13].

Однако же в церковнославянском варианте, то есть еще до перевода на современное наречие, значится:

«ПРИШЕД ЖЕ ЕДИН ОТ УЦЕЛЕВШИХ, ВОЗВЕСТИ АВРАМУ ПРИШЕЛЦУ...» [7] [Быт 14, 13].

Но пришедший тогда в Ханаан Авраам никак не мог быть никаким таким якобы евреем. И все потому, что этот термин появляется тысячелетием позже описываемых в Бытии событий. Лишь тогда, когда один из его потомков, Ефрем, соблазнит в идолопоклонство 10 Израилевых колен. Именно они затем и будут поименованы, как последователи его вероисповедания, евреями. И именно они, возвратясь из дальних странствий, сначала оснуют на юго-запад от Евфрата Европу Древнюю, а затем заселят уже и нынешнюю Европу — белый континент (подробно см.: [385], [392], [393]).

Так что термин «евреи» в Библию стал вписан лишь после того, как хананеи закрепили за собой прозвище части временно отошедших к поклонению их родовому божеству, Ваал-Фегору (Пеору), белых людей — их в прошлом господ.

Но не сейчас, и не вдруг этот подлог спроворен. Этой войне с нашей памятью уж никак не менее двух с половиной тысяч лет.

А вот еще неувязочка, которая и называет Симовых рабов их настоящим именем. В старославянском тексте:

«...ОТВЕРГОШАСЯ РАБИ» [1 Цар 13, 3] [7].

После же произведенной фальсификаторами корректировочки, читаем:

«...да услышат Евреи» [1 Цар 13, 3] [6].

Сами же евреи, то есть кровные потомки Ефрема, в описываемый момент являлись народом господином. Что обличает несовпадение данной фразы с действительностью наиболее аргументированно. Вот он, механизм подлога, произведенного за два тысячелетия. Именно он и стоит в основе всех тех недоразумений, которые мы находим на страницах Священного Писания.

То есть, записав на свой счет на страницах Священного Писания родство к Ефрему, они приступили уже и к дальнейшей своей экспансии: им перекройки под себя книг, повествующих о нашей истории, показалось мало — захотелось еще и богоизбранности. К ней и подводят впоследствии спроворенные вкрапления. А уже в следующем переиздании эти хананеи, вероломно влезшие в наши Святая Святых — тексты Священного Писания, и церковнославянский вариант под русско-мово-язычный подправят. После чего и «концы в воду»...

Такова механика наслоений, произведенных на древние наши святоотеческие тексты.

Вот еще фрагмент, раскрывающий суть этих переделок:

«НО И РАБИ, ИЖЕ БЫША СО ИНОПЛЕМЕННИКИ, ВЧЕРА И ТРЕТЬЕГО ДНЕ, ВШЕДШИЕ В ПОЛК, ОБРАТИШЕСЯ И ТИИ ЕЖЕ БЫТИ ИМ С ИЗРАИЛЬТЯНЫ...» [7] [1 Цар 14, 21].

То есть, во-первых, здесь однозначно подчеркивается полное отличие семитов, израильтян, от хананейского черного племени рабов, а, во-вторых, именно в существе этой словесной экспансии прослеживается полное родство проклятого племени с рабами, которые впоследствии заявят: «Кровь Его на нас и на детях наших!»

И вот, после очередной корректировки, на страницах Священного Писания вновь обнаруживается кощунствующая рука перекройщиков:

«Тогда и Евреи, которые вчера и третьего дня были у Филистимлян и которые повсюду ходили с ними в стане, пристали к Израильтянам...» [6] [1 Цар 14, 21].

Однако хотелось бы все же заметить, что даже и рассматриваемый вариант Ветхого Завета, в старославянском исполнении, отпечатан все теми же Библейскими обществами и в нем также имеются недомолвки в пользу все тех же сил и переисправления в древних текстах. И все эти поступки, столь для нас странные, которыми наделили действующие персонажи этих священных книг передельщики, очень роднят героев повествований с поведением хорошо известной нам народности, состоящей из помеси потомков заблуждения Ефрема с хананеями, взявшими на себя честную кровь Христа.

Между прочим, существует куда как и еще более ужасный вариант «перевода» Ветхого Завета. Он произведен с так называемого древнееврейского — «библейского». И мало чем отличается от Талмуда, который в финале обещает своим ортодоксальным адептам:

«"каждый иудей будет иметь тогда 2 800 гойских рабов" (Талмуд, Шаббат, 120, I; Санхедрин, 88, 2; 99, I; Яж. Шим., 56, 4, с. 359)» [192] (с. 344)

Существо вышеизложенного их доктрина пытается внушить как некую неизбежность. Под нее и подводят эти перманентные революционеры содержание постоянно подправляемой Библии.

Однако, даже при наличии слишком усердно заретушированных в свою пользу вариантов, им все равно не уйти от Правды, которая обязательно выйдет из сокрывшего ее словесного хитросплетения, основанного на подтасовке фактов.